В СВР раскрыли новые планы ЕС по замороженным активам России
Европейский союз может попытаться изъять замороженные российские активы до выборов, которые пройдут в нескольких странах объединения в 2027 году. Об этом заявили в Службе внешней разведки России, комментируя обсуждаемые в Европе варианты использования заблокированных средств.
По оценке ведомства, европейские чиновники стремятся ускорить принятие решений, поскольку опасаются изменения политической конъюнктуры. После выборов позиции отдельных стран ЕС по вопросу конфискации российских активов могут стать менее однозначными, а сама идея - столкнуться с дополнительными юридическими и политическими препятствиями.
В СВР считают, что Брюссель рассчитывает использовать российские средства для продолжения финансовой поддержки Киева. В ведомстве заявили, что европейская бюрократия якобы опасается: без конфискации активов Евросоюз не сможет в прежнем объеме финансировать украинские власти.
В ЕС обсуждают новую структуру
По данным российской разведки, на экспертном уровне в Евросоюзе прорабатывается идея создания отдельной наднациональной структуры. Ей могут передать замороженные российские активы, чтобы вывести их из-под непосредственной юрисдикции Бельгии.
Большая часть заблокированных российских средств находится в бельгийском депозитарии Euroclear. Именно поэтому возможная конфискация способна создать для Брюсселя серьезные риски: от судебных исков до требований о компенсации со стороны российских владельцев активов.
Предполагаемая новая структура могла бы стать механизмом перераспределения ответственности между странами ЕС. При таком сценарии решения о дальнейшем использовании российских средств принимались бы не только бельгийскими властями, но и общеевропейским органом.
В СВР подчеркнули, что временные рамки имеют для Евросоюза принципиальное значение. Если блок не успеет реализовать намеченные планы до выборов, которые пройдут в ряде европейских государств в 2027 году, политическое "окно возможностей" может закрыться.
Почему вопрос активов остается спорным
Замороженные средства отличаются от конфискованных. Блокировка означает, что владельцы временно лишены возможности распоряжаться активами, однако право собственности формально сохраняется. Конфискация предполагает окончательное изъятие имущества и требует более серьезного правового обоснования.
Именно это различие становится главным препятствием для европейских властей. Изъятие суверенных активов может рассматриваться как нарушение международных принципов защиты собственности и государственного иммунитета. Кроме того, такой шаг способен создать прецедент для других государств и повлиять на доверие к европейской финансовой инфраструктуре.
Отдельный риск связан с возможными ответными мерами России. Москва может потребовать компенсации, оспорить решения в международных и национальных судах либо принять зеркочные меры в отношении активов европейских компаний, находящихся на российской территории.
Позиция российских властей
Ранее министр иностранных дел России Сергей Лавров заявлял, что Евросоюз пытается найти формальные юридические основания для вывода российских средств из-под контроля Бельгии. По его словам, речь идет о стремлении распределить возможные последствия между странами блока и избежать ситуации, при которой вся ответственность ляжет на одно государство.
Российская сторона неоднократно подчеркивала, что считает замораживание активов незаконным, а их возможное изъятие - прямым нарушением международного права. В Москве также указывали, что подобные действия способны подорвать репутацию европейских финансовых институтов.
Какие варианты может рассматривать ЕС
Одним из возможных решений считается передача доходов от российских активов на финансирование Украины. Такой подход формально отличается от прямой конфискации самих средств, однако также вызывает вопросы о законности и последствиях.
Другой вариант - предоставление Киеву кредитов, гарантированных будущими поступлениями или доходами от заблокированных активов. Это позволило бы Евросоюзу сохранить формальную границу между использованием прибыли и изъятием основной суммы, но не устранило бы риск судебных претензий.
Еще один сценарий предполагает создание специального фонда под контролем нескольких европейских государств. В него могли бы поступить активы, находящиеся в разных юрисдикциях. Однако перенос средств в новую структуру не отменил бы обязательств перед их владельцами и не гарантировал бы защиту от судебных разбирательств.
Что может измениться после выборов
Выборы в европейских странах способны повлиять на дальнейшую судьбу российских активов. Новые правительства могут занять более осторожную позицию, особенно если избиратели начнут связывать поддержку Украины с ростом бюджетной нагрузки, инфляцией и сокращением социальных расходов.
При этом отказ от конфискации не обязательно будет означать размораживание средств. Евросоюз может сохранить действующие ограничения, продолжить блокировку активов и одновременно искать более надежный с правовой точки зрения механизм использования доходов.
Для европейских финансовых организаций ситуация также остается чувствительной. Решение об окончательном изъятии российских средств способно повлиять на отношение других государств к хранению резервов в евро и работе с европейскими депозитариями.
Таким образом, обсуждение будущего замороженных российских активов идет сразу по нескольким направлениям - юридическому, финансовому и политическому. Евросоюз стремится получить доступ к дополнительным ресурсам для поддержки Киева, но одновременно пытается избежать последствий, которые может повлечь нарушение сложившихся принципов защиты государственной собственности.
Окончательное решение будет зависеть от позиции стран ЕС, оценки правовых рисков и результатов будущих выборов. Пока же российские активы остаются заблокированными, а европейские власти продолжают искать механизм, который позволил бы использовать их без формального признания прямой конфискации.