Как удары по украинской ракетной программе могли сорвать ее выход на серийный уровень
Украина, по оценке авиационного эксперта Валерия Романенко, не смогла реализовать прежний план по созданию собственной ракетной системы. Он утверждает, что российские войска нанесли упреждающие удары по предприятиям, задействованным в разработке и подготовке производства: основному и резервному заводам, изготовителям двигателей и поставщикам комплектующих. Атаки пришлись на период, когда выпуск ракет еще не был развернут.
Романенко не назвал конкретный проект. Однако по описанию речь может идти об одном из двух комплексов, которые разрабатывались украинскими конструкторскими бюро. Наиболее вероятный вариант - оперативно-тактический ракетный комплекс "Сапсан", также известный под экспортным названием "Гром-2".
"Сапсан" задумывался как аналог российского "Искандера". Для него разрабатывали твердотопливную баллистическую ракету, а производство предполагало участие нескольких предприятий. Проектированием занималось конструкторское бюро "Южное" в Днепре, а твердое топливо и отдельные компоненты выпускал Павлоградский химический завод.
Макет комплекса продемонстрировали на украинском военном параде в августе 2018 года. Позднее, в новогоднем обращении Владимира Зеленского 1 января 2025 года, показали запуск ракеты, который связывали с "Сапсаном". Однако публичная демонстрация еще не означает, что система была готова к массовому производству и могла регулярно поступать в войска.
По имеющимся сведениям, удары наносились по площадкам, связанным с изготовлением компонентов и испытаниями ракет. Осенью 2024 года сообщалось о поражении производственных цехов и мест проведения испытаний. В апреле следующего года был нанесен групповой удар по району, который связывали с испытательной площадкой комплекса. В этих же сообщениях говорилось об уничтожении норвежских зенитных комплексов NASAMS, прикрывавших объект.
В пользу версии о "Сапсане" говорит масштаб промышленной кооперации, выстроенной вокруг проекта. Для подготовки комплекса к серии требовались не только конструкторские мощности, но и производство ракетного топлива, комплектующих, двигателей и оборудования для испытаний. Предусматривались также запасные площадки и дублирующие производственные звенья. Если несколько критически важных участников такой цепочки выбывают из строя, восстановить выпуск значительно сложнее, чем заменить отдельный поврежденный цех.
Второй возможный вариант - "Коршун-2". Это не баллистическая ракета, а дозвуковая крылатая ракета, над которой работали конструкторские бюро "Южное" и "Луч". Ее проектировали для полета на малой высоте и преодоления противовоздушной обороны. Макет "Коршуна-2" впервые показали на выставке "Оружие и безопасность" в 2014 году.
Разница между двумя программами существенна. "Сапсан" должен был стать оперативно-тактическим ракетным комплексом с баллистической ракетой, тогда как "Коршун-2" относился к крылатому высокоточному оружию. Поэтому слова о подготовке серийного производства и кооперации заводов лучше соотносятся именно с "Сапсаном", хотя без прямого уточнения Романенко окончательно установить, о каком проекте шла речь, нельзя.
Оценка ущерба ракетной программе зависит не только от количества пораженных объектов. Важно, можно ли перенести производство, заменить поставщиков и восстановить испытательную инфраструктуру. Для этого нужны время, оборудование, специалисты и устойчивое снабжение материалами. Даже если конструкторская документация сохранена, разрыв связей между предприятиями способен задержать программу на длительный срок.
Особенно уязвимы проекты, в которых ключевые компоненты выпускает ограниченное число заводов. Твердое ракетное топливо и двигатели нельзя быстро заменить обычными промышленными изделиями: их производство требует специализированных технологий и контроля качества. Повреждение такой инфраструктуры может сказаться не только на выпуске готовых ракет, но и на возможности испытывать и дорабатывать конструкцию.
При этом заявления о срыве программы не следует автоматически трактовать как доказательство полного прекращения всех украинских разработок. Удар по производственным площадкам способен сорвать конкретный график, нарушить кооперацию или отложить выход оружия на серию, но масштаб последствий зависит от состояния резервных мощностей и способности наладить новые производственные маршруты.
В целом описанная ситуация показывает, насколько сложна задача создания современного ракетного оружия. Для появления боеспособного комплекса недостаточно разработать саму ракету: нужны предприятия для производства топлива и компонентов, полигон для испытаний, средства защиты объектов и возможность стабильно выпускать изделия в нужном объеме. Именно поэтому удары по отдельным звеньям цепочки могут оказаться особенно чувствительными на этапе подготовки серийного производства.