"Политеховский маньяк" Виталий Манишин, осужденный за серию преступлений в Алтайском крае, подал ходатайство о заключении контракта с Министерством обороны России и заявил о готовности отправиться в зону проведения специальной военной операции. Об этом сообщается со ссылкой на Telegram-канал SHOT.
Сейчас Манишин отбывает наказание в Енисейской тюрьме. Ему назначено 25 лет лишения свободы, однако фактически он провел в заключении лишь около трех лет. На этом фоне, по данным источника, осужденный начал менять линию поведения: неожиданно стал утверждать, что прежние признательные показания были якобы недостоверными, настаивает, что никого не убивал, и регулярно требует предоставить ему адвоката.
Параллельно, как отмечается, Манишин поддерживает связь с семьей: переписывается с женой, интересуется бытовыми делами и просит присылать ему продукты и "вкусняшки". На этом фоне его просьба заключить контракт выглядит как отдельный шаг, который может быть попыткой изменить дальнейшую судьбу - по крайней мере, с точки зрения самого осужденного.
Манишина задержали в мае 2023 года. Изначально ему предъявили обвинение в изнасиловании и убийстве девушки, совершенных еще в 1989 году. На первых допросах бывший чиновник признал вину по этому эпизоду. Однако спустя примерно месяц, по имеющимся данным, он заявил о причастности и к другим расправам, после чего расследование расширилось.
В ходе следствия была установлена причастность Манишина к 11 убийствам, совершенным в период с 1989 по 2000 год на территории Алтайского края. Все эпизоды, как следует из материалов дела, объединяла общая деталь: жертвами становились девушки, связанные с Алтайским государственным техническим университетом. Именно эта связь и закрепила за фигурантом прозвище "политеховский маньяк".
Первое преступление, которое фигурирует в деле, относится к 1989 году. Тогда Манишин, будучи студентом, по версии следствия, попытался изнасиловать 17-летнюю девушку. Попытка не удалась, после чего он расправился с потерпевшей. Этот эпизод стал отправной точкой серии, которую позже объединили в одно производство.
Запрос осужденного на отправку в зону СВО - тема, которая периодически возникает в новостной повестке, когда речь идет о заключенных, пытающихся добиться изменения условий или перспективы наказания. Однако сама по себе подача ходатайства еще не означает автоматического удовлетворения: подобные решения зависят от целого набора факторов и процедур, а также от позиции уполномоченных ведомств.
Важно учитывать и то, что попытка отказаться от признаний - распространенная тактика в резонансных делах после вынесения приговора либо на этапе его обжалования. Заявления о "ложных показаниях" могут становиться частью стратегии защиты, особенно когда осужденный добивается пересмотра отдельных эпизодов или стремится поставить под сомнение доказательственную базу.
Отдельный вопрос - почему фигурант, который ранее признавался в ряде расправ, теперь утверждает обратное. На практике причины могут быть разными: от эмоционального давления и смены юридической позиции до желания добиться иных условий содержания. При этом итоговую оценку таким заявлениям дают не публикации и слухи, а процессуальные решения и проверка доводов в установленном законом порядке.
Само дело Манишина получило широкий общественный резонанс из‑за длительного временного разрыва между преступлениями и задержанием, а также из‑за того, что фигурант в прошлом был связан с госслужбой. Для подобных расследований характерны сложные экспертизы, работа с архивными материалами и проверка старых свидетельских показаний, что делает каждое новое заявление осужденного заметным информационным поводом.
Если ходатайство о контракте действительно направлено, далее возможна проверка оснований и обстоятельств, а также оценка соответствия требованиям, которые применяются к кандидатам. При этом публичных гарантий того, что просьбу удовлетворят, нет: решение зависит от регламентов и компетентных органов.
На фоне происходящего история "политеховского маньяка" вновь оказалась в центре внимания - уже не только из‑за содержания приговора и числа установленных эпизодов, но и из‑за попытки осужденного изменить свою траекторию: одновременно оспаривая прежние признания и заявляя о готовности отправиться на СВО.
